Продолжаем публиковать статьи Оксаны Невоструевой. На этот раз тема статьи….в общем, интересная тема, и не одна. Сложно согласится со всеми тезисами автора, но это блог доктора Савицкого, а не дерьмократические СМИ, а значит, как говорил Вольтер: «Я могу быть не согласен с вашим мнением, но я отдам жизнь за ваше право высказывать его».
Смею предположить, что многим уже порядком надоели бесконечные споры и бессмысленные перепалки, доходящие до ругани, на темы политики, политиков, партий и депутатов. Но ведь еще Сократ говорил, что истина рождается в споре, а уж его авторитет ставить под сомнение негоже. Поэтому, если Вы таки принадлежите к числу уставших от политики, но ищущих истину, то есть спор, рекомендую Вам достойную замену патриотических, околополитических и прочих сквернословных форумов – форумы лингвистические. Поверьте, такой шум можно поднять вокруг местоимения «сколько» и «двоих тезисов» – просто до проклятий и анафем доходит. Но есть одно имя, упоминание которого успокаивает всех – Розенталь.
Дитмар Эльяшевич по праву завоевал титул светила русской словесности. Правда, кому ж еще быть «одним из основных разработчиков и истолкователей правил современного русского правописания», как не человеку, родившемуся в Лодзи и проведшему юность в Берлине? Справедливости ради стоит заметить, что Лодзь во время рождения Розенталя входил в состав Российской империи; Берлин, правда, не входил – но и маленький Дитмар провел там лишь «раннюю юность», до 14 лет. Потом родители известного лингвиста, Зигмунд Моисеевич и Ида Осиповна, все же переехали Москву к ответственному периоду отрочества сына, где он в университете изучал итальянский язык.
История выглядит курьезной ровно до прочтения первой страницы справочника Розенталя по правописанию и литературной правке. Этим летом, да простят меня мои западноукраинские соратники, мне пришлось вплотную заняться изучением правил русского языка, то есть ознакомиться с трудами Д.Э. Розенталя, ибо вне зависимости от происхождения, закон у нас один для всех – в данном случае закон о региональных языках. Ну, как языках – языке. Труды этого ученого вызвали у меня внутренний трепет и безмерное уважение. Чего только стоят его рассуждения о переосмыслении системы ценностей вследствие языковых ошибок.
Опять возвращаясь к крылатым высказываниям – чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Так, с пониманием формальных правил структуры языка пришло острое понимание того, что наши журналисты совершенно зря просидели пять лет в «престижнейших вузах страны». Справедливости ради поправлюсь – большинство наших журналистов. Так, вчера мне попалась занимательная статья «20-ю годовщину "Октябрьской революции" отметили расстрелами» от интернет-издания Gazeta.ua. Со статьей можно ознакомиться по ссылке. Дело не в том, как я отношусь к этому празднику, не в том, как коммунисты его отмечают, не в том, что Баба Яга – против, а Симоненко – за, и даже не в том, какие злодеяния приписывают «кровавому режиму» (справедливо или нет – не тема этой заметки) и не в количестве невинных, расстрелянных лично Сталиным. Больше всего поражает безграмотность и нежелание автора статьи пользоваться логикой при изложении своих мыслей.
С первых строк у меня зарождается подозрение, что «что-то тут не так». И правда, иногда тяжело разобраться с тем, какое именно правило применять, но вот в двух идентичных случаях подряд использовать разные правила («В конце 1937-го — начале 1938 года») как-то неубедительно. Может, по правилам игры Нэша в этом и есть смысл – ведь шансы правильного написания удерживаются на стабильных 50%, но вот с точки зрения профессиональной этики следует выбрать одно и отстаивать правоту своей позиции в бою с несогласными.
Читаем дальше. Узнаем, что злодеяния коммунистического режима были планомерными и систематическими. В доказательство приводится пример Полтавского НКВД. Значительные цифры, можно даже сказать ужасающие, апеллируют к эмоциям. Но не надо давать эмоциям покрывать логические ошибки. Во избежание недоразумения и гнева замечу, что в данной заметке я комментирую лишь ошибки в изложении, а не суть предложенной статьи. Применение единичного, частного случая для иллюстрации системности тяжело назвать логически верным. Более того, вводное слово «Скажем» вводит нас в заблуждение о том, что сейчас автор будет делать предположение, он же напротив – предлагает нам факты. Согласитесь, мозгу тяжело решить, как все же лучше воспринять эту информацию.
О том, что «Николай Хвылевой» мне просто режет ухо, много говорить не буду. Ведь с момента знакомства с этим автором я всегда восторженно рассказывала о произведениях «Миколи Хвильового». Это я так последовала совету великих и ненавязчиво внесла долю личного в общение с читателем, чтобы выстроить более доверительные отношения =)
В этом же абзаце о Николае Хвылевом читаем о том, что в предсмертной записке он писал о расстреле целой генерации. Далее автор статьи пишет: «Но все сбылось», чем опять питается обмануть наши светлые головы – «но» предполагает противоставление фактов, и читатель подсознательно ожидает опровержения написанного выше – но нет, автору кажется, что именно так следует начинать предложение, которое подтвердит сказанное в предыдущем.
В начале следующего абзаца автор ловко воспользовался семантическим приемом. Но не пошел банальным путем метафор и аллегорий. Нет, он решил проверить внимательность читающих, пропустив точку в конце предложения. Или же там должно было стоять двоеточие с последующим разъяснением судьбы расстрелянной интеллигенции. Вот таким нехитрым методом автор вернул свою аудиторию: скучающий читатель опять проникся судьбами героев повествования, даже вот задумался над правильностью расстановки знаков препинания. Потом идет активный штурм мозга читателя раздражителями. Сначала «их родственники», затем «их вывезли», потом «их посадили», и под конец «их могилы». Я понимаю, что в данном случае «их» фигурирует в разном значении, даже больше – представляет разные части речи, но согласитесь, в шести предложениях употребление одного и того же слова четыре раза выглядит несколько неуместным. А уж если говорить откровенно, то говоря об отрывке «их с Соловецких островов вывезли на барже в Белое море и там утопили», мне не понятно, кого именно вывозили и топили – то ли «этих людей», то ли вдову Леся Курбаса вместе с мужем. Такие вот логические загадки.
Далее рассказ о Матвее Яворском, смелом историке-марксисте, противнике компартии и идеологии Советского Союза. В ход пошли оксюмороны «марксист-антисоветчик», автор явно пытается отработать свою зарплату. Было бы хорошо, если бы он еще не так щедро рассыпался запятыми – наверное, таки зарплата напрямую зависит от количества символов. Вот, например, «просить помилования, пока при власти Сталин», «Во время переписи, на вопрос о гражданстве, ответил», а у нас по старинке считают, что только таксисты да продавцы несправедливо завышают цены.
Следующий абзац приведу целиком. «Их посадили на баржу, привезли на материк и расстреляли в урочище Сандармох». Опять это злополучное «их». Но не в нем дело – мне одной кажется, что о баржах и расстреле уже было сказано ранее? Наверное, как в том анекдоте про дипломную работу: «До 60 страницы и так никто не дочитывает, поэтому примем пи равно 5, иначе расчеты у меня не сходятся».
Далее спустимся на три абзаца ниже, где написано о наиболее репрессированных национальностях – украинцах, русских и евреях. Невольно задумалась о том, что русский – это национальность, а россиянин – это принадлежность к гражданству. Сижу вот думаю, у кого правильно – у автора статьи, где он пишет о россиянах, или все же у меня о русских, с учетом того, что автор рассказывает о национальностях. Но смутило меня прежде всего не это. Узнаем, что «последние две категории (то есть россияне и евреи – прим. авт.) чаще всего погибали как "троцкисты"», но в то же время «россияне и евреи часто получали пулю в затылок и за "украинский национализм"». Не сочтите меня любителем черного юмора, но за что же таки расстреливали часто, а за что не очень, или некоторые получали две пули?
Далее идут истории о личностях, погибших в те годи, о юморе судьбы и Системы. Вновь крайне эмоциональный отрывок, разве стоит на фоне этих трагедий и эмоций предавать значение корректности пунктуации и логике изложения мысли? Нет, только неисправимый скептик заметит пару-тройку лишних запятых да третий рассказ о 1111 расстрелянных в урочище Сандармох в Карелии. А эмоционально настроенная публика, скорее всего, внемлет насильническому призыву к линчеванию и народному суду. Нет, так прямо там не написано, но на размышления наводит.
Вы как образованный читатель, конечно же, спросите, что, собственно, этим я хотела сказать. Все предельно просто. Во-первых, авторам статей неоднозначной тематики, которые вызывают противоречивые чувства у публики, должны особое внимание уделять грамотности изложения мысли, ибо читатели здравые задумаются о правдивости приведенных источников и о возможности доверия к автору, который не в состоянии корректно использовать правила русского языка, не то что проводить журналистские расследование событий, повитых пеленой истории и конспирации. А во-вторых, за державу обидно. И за себя в том числе. Меня обвиняют в том, что предложение ввести ответственность за некорректную информацию, предоставленную сотрудниками СМИ – это их дискриминация и верный путь к «террору, диктатуре и насилию над личностью». Но почему бухгалтер не имеет права заигрывать с числами и налоговой – грозит криминальная ответственность, врач не имеет права проводить манипуляции с человеческим организмом – под угрозой той же ответственности (сейчас речь идет не о фактическом положении вещей, а о наличии законов, ограничивающих такую деятельность), а вот работник СМИ может делать все, что ему угодно, манипулируя неокрепшим сознанием, подавая ложную информацию, базируясь на которой люди делают тот или иной выбор, будучи при этом абсолютно недосягаемым? О наличии диплома, квалификации и умениях, необходимых для занятия должности, я лучше вообще промолчу. Как недавно оказалось, многие до сих пор искренне верят в отсутствие коррупции в вузах. Но мне вот интересно, как получил свой диплом журналиста Виталий Жежера, автор упомянутой мною статьи? Наверное, за такое же качество дипломной его всей кафедрой по голове погладили. И еще мне интересно, куда смотрит редактор, и почему он не принимает санкций к невыполняющим свои непосредственные служебные обязанности? Ех, к а п и т а л и з м…
P.S. Отдаю себе отчет, что опытные филологи, корректоры и редакторы легко найдут в моем незамысловатом тексте ошибки. Но я ведь в 17 лет, при поступлении в вуз, предпочла журналистике другую профессию. Да и блог со СМИ сравнивать не стоит.
Оксана Невоструева
Комментариев нет:
Отправить комментарий